Катастрофа американских индейцев

Было ли значительное сокращение числа американских индейцев в XVI — XIX веках геноцидом со стороны европейцев?

Разочарование старого пирата
14 ноября 1617 года корабль со странным названием «Рок» бросил якорь у континентального мыса в Южной Америке напротив острова Трининад. Во главе команды стоял английский пират и придворный сэр Уолтер Рэли. В славное время елизаветинской эпохи каперство или пиратство с разрешения королевских властей было нормой. Шла война с более могущественной Испанией, поэтому многие мужчины незнатного происхождения сделали себе состояние на пиратстве. Из имен пиратов той поры у нас более известен Френсис Дрейк. Но Уолтер Рэли был ничуть не менее известным. Пожалуй, он даже добился большего, чем Дрейк благодаря любовным отношениям с самой королевой Елизаветой.
Но в 1617 году Уолтеру Рэли было уже не до славы и богатств. После смерти королевы он впал в немилость и в 1603 году был арестован и приговорен к смерти. Рэли спасла его собственная книга «Открытие Гвианы», в которой он рассказывал об экспедиции к берегам Южной Америки в 1595 году. Гвианой называлась область от устья реки Ориноко до устья Амазонки. Рэли сообщал, что это богатая населенная страна с городами и запасами золота. Книга получила признание европейской публики, все еще живущей легендами о дивной стране Эль-Дорадо. Король Яков I помиловал старого пирата и отправил его в новую экспедицию. От ее успеха зависело будущее самого Рэли и его семьи.
Однако на этот раз Уолтэра Рэли ждала неудача. Он обнаружил почти ненаселенные заболоченные джунгли. В стычке с испанцами погиб его сын. После возвращения в Англию капитан «Рока» был арестован и казнен.

Читать весь американский квест:
Исчезновение гренландской колонии викингов
Гренландия: Конец европейского мира
Христофор Колумб — мореплаватель, работорговец и садист
Название Америки
Каково было население доколумбовой Америки?
Катастрофа американских индейцев
Правдивая история картофеля

Долгое время исследователи считали итог плавания 1617 года закономерным. Они полагали, что в «Открытии Гвианы» Уолтер Рэли нагло наврал, чтобы привлечь к себе внимание. Но вот незадача! Спустя несколько десятилетий в местах, которые посещал пират, действительно нашли золото. Причем, его там добывают и в наши дни. В конце XX века археологи, работающие на территории Гайаны и Суринама, обнаружили остатки больших индейских поселений. Они были хорошо укреплены и вполне могли тянуть на то, чтобы называться городами. Выходит, что Рэли не врал? Почему же в 1617 году он не нашел этих городов? Потому, отвечают археологи, что они обезлюдели в конце XVI – начале XVII века.
Не менее любопытной выглядит история Амазонии. Испанский конкистадор Франсиско де Орельяна, совершивший первое плавание вдоль Амазонки и ее притоков в 1541 году, описывал Амазонскую низменность как густонаселенную. Местные индейцы дали достойный отпор испанцам и их союзникам. Но спустя почти 100 лет португалец Педро де Тейшейра уже увидел совсем другую Амазонию, страну заболоченных пространств и редких индейцев. В течение нескольких столетий географы, обследовавшие этот регион, убедительно доказывали, что Амазонская низменность с ее бескрайними затопляемыми землями, мало приспособлена для жизни человека. Малочисленные индейские племена до недавнего времени жили здесь так изолировано, что некоторые были открыты лишь в XX веке. Считалось, что Орельяна врал, чтобы преувеличить свои достижения. И вот как гром среди ясного неба: археологи находят остатки больших земледельческих поселений, покинутых во второй половине XVI века.
В конце XIX века в науке США сложилось понятие «Миссисипская археологическая культура». Она существовала с середины 1 тысячелетия до нашей эры до конца XVI века. Жители долины реки Миссисипи занимались земледелием, выплавляли медь и бронзу, строили большие города с характерными для них пирамидальными террасами. Последние имели искусственное происхождение и ничуть не уступали по размерам знаменитым египетским пирамидам. Миссисипская археологическая культура хорошо изучена. Остается невыясненным лишь один вопрос. Почему она исчезла? В XVII веке населявшие когда-то ее народы уже не были многочисленными и здорово деградировали в техническом плане.
XVI – XVII века – время ужасающей по своим масштабам демографической катастрофы, постигшей Северную и Южную Америку. Это подтверждают не только археологи, но и генетики. Они утверждают, что в этот период коренные жители Америки пережили эффект «бутылочного горлышка» — значительного резкого сокращения населения. Несомненно, катастрофа связана с началом контактов между Старым и Новым Светом, начавшихся с плавания Христофора Колумба в 1492 году к Антильским островам. Получив от Папы римского привилегию на владение новыми землями, испанские конкистадоры завоевали Большие Антильские острова, покорили цивилизации Мексики и Андского региона. Впору бы все списать на жестокость испанцев и других европейских колонистов, последовавших за выходцами с Пиринейского полуострова обживать Новый Свет. Но в том-то и дело, что испанское, португальское, английское или французское завоевания никак не касались районов Гвианы, Амазонии или Миссисипи в XVI веке. Появление там европейцев имело случайный характер и напоминало скорее любопытство, чем завоевание. Что же стало с индейцами?

Поселение Миссисипской археологической культуры. Картинка фонда wikimedia

Поселение Миссисипской археологической культуры. Картинка фонда wikimedia

Теория геноцида
Геноцидом обычно называют намеренное уничтожение членов той или иной этнической, национальной или расовой группы либо политику, направленную на ее тотальное уничтожение или вытеснение. Хотя с 1951 года геноцид рассматривается ООН как преступление, факты геноцида стали серьезно осуждаться международным судом только с девяностых годов прошлого столетия. Примерно тогда же во время празднования 400-летия открытия Америки Христофором Колумбом стала озвучиваться теория геноцида индейского населения со стороны европейцев. Работы, но чаще литературные произведения, посвященные трагедии американских индейцев, появлялись и раньше. Но теперь заговорили именно о геноциде. К тому же, данную теорию стали развивать профессиональные историки.
Мое личное знакомство с теорией геноцида началось в конце девяностых с книги «Американский холокост: Завоевание Нового Света» Дэвида Стеннарда, профессора Гавайского университета. В то время я писал диссертацию, посвященную взаимоотношениям истории и психологии, и прочитал его книгу «Урезанная история: О Фрейде и упадке психоистории». Мне захотелось познакомиться с другими его книгами, и мои американские коллеги прислали мне «Американский холокост». С одной стороны, как и всякий нормальный человек, воспитанный на замечательных романах Фенимора Купера, я сочувствовал коренным жителям Нового Света. С другой стороны, был критически настроен по отношению к автору.
Мои университетские преподаватели учили тому, что хороший историк должен доверять, но проверять. По мере перепроверки фактов, приведенных Стеннардом и другими сторонниками теории геноцида, я все больше обнаруживал неточностей и сомнительных утверждений. В некоторых случаях авторы использовали старые давно развенчанные исторические мифы.
Сегодня я отношусь к теории геноцида индейцев двояко. Теоретикам геноцида присущи любовь к искажению или одностороннему толкованию фактов, эмоциональность вместо анализа и явная идеологическая ангажированность. Но за громкими заявлениями стоит попытка привлечь общественное внимание к проблеме, обсуждение которой может быть весьма продуктивной с профессиональной точки зрения. «Геноцидчики» здорово оживили постколониальную историографию, Желание подтвердить или опровергнуть их мнение привело к появлению новых интересных трудов и привлечению к дискуссии профессионалов из других наук – биологов, географов, генетиков.
Теория геноцида очень проста. Потеря огромного количества коренного населения Нового Света трактуется как умышленные действия европейских завоевателей. С ними бывает трудно не согласиться, когда читаешь о зверствах братьев Колумбов по отношению к индейцам острова Гаити или об отстреле туземцев Огненной Земли скотоводами – переселенцами из соседней Патагонии. Однако можно ли определять умышленные убийства, многие из которых даже по законам того времени квалифицировались как преступления, в качестве намерения полного или частичного уничтожения по расовому или этническому признаку?
Не будьте бяками. Кликните разок по рекламе внизу. Она не для зарабатывания, а для частичной оплаты хостинга

Четвертая миграция
Коренные народы Америки – индейцы, эскимосы и алеуты – являются потомками трех миграционных волн из Азии. Первая основная волна переселенцев попала в Америку между 23 и 15 тысячелетиями до нашей эры через Берингию — перешеек, который тогда соединял Чукотский полуостров с Аляской. Они составили основное население Нового Света. Двум другим пришлось перебираться после затопления Берингии через образовавшийся на ее месте пролив в 6 – 5 тысячелетиях до нашей эры.
За много тысячелетий на просторах двух американских континентов сложилось множество народов и даже несколько земледельческих цивилизаций. Они были разобщены и даже выглядели по-разному. Жители региона Великих озер ничего не знали о племенах Аляски или Мексики, а те в свою очередь никогда не слышали о перуанцах или туземцах Гвианы. Малорослые индейцы амазонской сельвы мало походили на высоких дальних родственников из Патагонии или островов Карибского моря. Задолго до появления европейцев народы Америки совершали миграции, воевали, вытесняли и ассимилировали друг друга.
Четвертая волна миграции из Старого Света началась после открытия Америки Христофором Колумбом в 1492 году. Европейцы, африканцы, затем азиаты… Она продолжается и в наши дни. Причем, сегодня представителей волны четвертой миграции в Новом Свете больше, чем первых трех. Чем объяснить ее успех?
В четвертой волне мигрантов главную роль играли европейцы. В Европе во времена Христофора Колумба жило более 90 миллионов человек, а в большей по площади Америке – всего около 54 миллионов. Кроме того, население Нового света было очень разобщено. В Мексике существовала империя ацтеков. В Андах – империя инков. Но эти две цивилизации не контактировали друг с другом. Логичным было бы предположение, что европейцы задавили коренное население Америки своей численностью.
Но европейские страны также не имели единства. В XI и XVI веках множество государств разделилось по религиозному признаку. Границы государств не всегда совпадали с границами проживания тех или иных народов, а власть государей на местах зачастую оставалась номинальной. Европейцы ненавидели и сражались друг против друга. Чего только стоили столетняя война во Франции, Итальянские войны конца XV – XVI веков, Тридцатилетняя война в Германии или кровопролитное соперничество великих княжеств Литовского и Московского? Наконец, у европейских стран был опасный соперник – мусульманский Восток. До XV века ему принадлежала значительная часть Пиренейского полуострова. С 1352 года на юго-востоке Европы действовала Османская Порта. Не стоит преуменьшать опасность этого соперника. Даже после начала колонизации Америки основные силы Испании и ее союзников были направлены на борьбу с турками и североафриканскими пиратами, а не на осваивание колоний. В свою очередь, главные европейские соперники Испании – Франция и Англия – до XVII века считали борьбу за колонии делом второстепенным.
Таким образом, Европа не была готова к дружной организации общей миграции. Переселение в Америку изначально не имело массового характера. В американских колониях постоянно не хватало рабочей силы, и следствием этого стал ввоз негров-рабов из Африки. Но, как мы знаем, в XVI веке испанцам удалось завоевать империи инков и ацтеков, а также основать вполне жизнеспособные колонии на морских побережьях Центральной и Южной Америки. Несомненной причиной первых побед европейцев в Америке было их техническое превосходство. Дело не только в огнестрельном оружии, железных мечах и доспехах, но также в больших кораблях, которые могли пересекать океан и делали сообщения между колониями постоянными, в новых животных, которых привезли с собой колонисты. Например, Христофор Колумб с успехом применял крупных канарских собак в битве с туземцами острова Гаити, а Эрнан Кортес получил превосходство над ацтеками благодаря лошадям.
Испанские завоевания сопровождались, казалось бы, невиданной жестокостью. Эрнан Кортес считается жестоким, потому что его люди убили почти 10 тысяч индейцев. Но население завоеванной им Мексики составляло несколько миллионов человек, и 10 тысяч явно не тянут на геноцид. Его предшественники ацтеки, завоевавшие Мексику в XIV веке, были куда более кровожадными. Они могли за один раз уничтожить до 70 тысяч пленников. Кроме того, покорив ацтекское государство, Кортес сменил политику. Он предпочел договариваться и заключать союзы.

Полезно прочитать:
Мифы о конкисте
Конкистадоры спасли от истребления индейцев

Мы зачастую неверно представляем себе Испанию XVI – XVII веков как государство, где царили мрачные порядки, и горели костры инквизиции. На самом же деле, Испания была одной из самых передовых стран Европы, где действовали местное самоуправление, значительная часть населения была грамотной, а испанские язык, мода и культура являлись привлекательными даже для враждебно настроенных англичан и французов. Испанские монархи стремились проводить в Новом Свете политику достойную эпохи Возрождения. Они запретили превращать индейцев в рабов, часто предпочитали миссионерскую деятельность военной. Испанские законы в Мексике и Перу были куда гуманнее порядков ацтеков и инков. В 1551 году в Лиме был открыт первый в западном полушарии университет, куда допускались представители местного населения. Не были запрещены браки между испанцами и индейцами, а их дети не становились людьми второго сорта. Это не означало полного отсутствия жестокости. Но, во всяком случае, испанцы не ели своих пленников и подданных, как это делали майя и ирокезы.
Осмелюсь предположить, что среди представителей завоеванных народов находилось немало тех, кто считал новые порядки более привлекательными.

Неблагородные дикари

Американские каннибалы в европейских книгах. Картинка фонда wikimedia


В XVIII веке в европейской литературе появился образ благородного дикаря. Он был основан на теории, сомнительной с сегодняшней точки зрения, о том, что пороки присущи лишь цивилизованному обществу. Так в романе Вольтера «Простодушный» появился чувственный и честный ирокез. Робинзон Даниэля Дефо выжил благодаря индейцу Пятнице. Не многие знают, но американские просвещенцы также испытывали увлечение индейской культурой. Во время Американской революции они охотно использовали индейские символы. Система управления и выборов ирокезов оказали прямое влияние на Конституцию США. Мода на благородные образы пришла в американскую литературу значительно позже и воплотилась в характерах главных героев романов Фенимора Купера.
Образ благородного дикаря с одной стороны стимулировал интерес к индейцам. С другой, он сыграл дурную шутку с восприятием их культуры. Даже в наше время, имея значительные знания о прошлом индейских народов, многие исследователи пытаются трактовать их взаимоотношения с европейскими колонистами сквозь призму некоей детской невинности и даже наивности, якобы присущей «нецивилизованным варварам». Например, повествуя о земельных сделках между североамериканскими индейцами и английскими колонистами в XVII веке, они обязательно отмечают, что легкий отказ индейцев от земли в пользу денег был связан с различиями в понимании земельной собственности и товаров.
Это верно лишь отчасти. Индейцы восточного побережья современных США и Канады издавна занимались торговлей и имели в ней определенную специализацию. Начав торговые операции с голландцами, французами и англичанами, они быстро разобрались в ценности денег и товаров. И уж тем более индейцы понимали ценность земли, задолго до европейцев они вели за нее кровопролитные войны, порой до полного уничтожения противника, включая детей и женщин (кстати, это и есть геноцид). Но кое-какие отличия имелись. Племена алгонкинов Северной Америки практиковали земледелие, но оно не составляло основу их существования. Их главными занятиями были охота и собирательство. Как охотники, они нуждались в очень больших территориях. Сокращение охотничьих угодий на несколько акров не оценивалось ими как катастрофа, и земельные сделки с колонистами-земледельцами, готовыми платить за землю монетами, оружием или железом, казались им сверхприбыльными.
Еще более странными выглядят обвинения европейских колонистов в том, что они ввели в Америке институт рабства, не соблюдали заключенные ими же договоры, использовали религиозную пропаганду. Все это имело место, но институт рабства был известен в Новом Свете до четвертой миграции, причем не только у народов, занимавшихся земледелием, но и у племен, которые мы назвали бы примитивными. Например, у жителей Аляски. Разрыв договоров и обращение к религиозным мотивам также были стратегиями многих индейских племен в войнах как между собой, так и с европейцами.
В XVII веке многие путешественники писали о благородном внешнем облике североамериканских индейцев. Высокий рост, длинные волосы и большой нос совпадали с идеалами мужской красоты в Европе. Вообще, было бы интересно проследить, когда и при каких обстоятельствах эти идеалы там появились. Вполне возможно, что на их формирование оказало влияние общение с американцами. Так или иначе, речь шла именно о внешнем облике, а не о нравах. Военные обычаи аборигенов пугали путешественников. Индейцы не жили в мире с соседями, постоянно нападая на них. Пленников подвергали пыткам, причем не для получения информации, а из садизма. Детей жестоко убивали на глазах у их матерей, а женщин – на глазах у мужчин. Ирокезы не гнушались закусить убитыми врагами. Во время войн взрослые воины бросали своих детей и женщин на произвол судьбы или убивали, чтобы они не были захвачены противником. Кто-то может решить, что путешественники сгущали краски. Но в том-то и дело, что подобные описания часто не имели обвиняющего характера. Их оставляли англичане, французы, русские. Причем писали так не только про индейцев, с которыми враждовали, но и об индейцах-союзниках.
Сторонники геноцида старательно забывают о том обстоятельстве, что миграции и войны до полного уничтожения противника были известны задолго до прихода европейцев. Классическим примером смены этнического окружения являются Антильские острова, открытые Христофором Колумбом. Впервые они были населены в 3 – 2 тысячелетиях до нашей эры примитивными рыбаками и охотниками. Около 500 года до нашей эры из устья реки Ориноко на Антилы пришли индейцы-араваки. Они умели выращивать клубнеплоды, делали керамику и даже обрабатывали некоторые металлы. Араваки были более многочисленны, а потому их культура буквально смела с лица земли более примитивных предшественников. Когда Христофор Колумб открыл остров Гаити, на нем обитали лишь остатки троглодитов-сибанеев — потомков первых жителей. Но и араваки чувствовали себя неуютно. В средние века из Гвианы на Малые Антильские острова переселились еще одни завоеватели — карибы. Они умели то же, что и араваки, однако были более воинственными и, если Колумб правильно понял жителей Гаити, не гнушались людоедством. Карибы подбирали ключи к Гаити и не завоевали этот остров только потому, что их опередили испанцы.
Схожие примеры можно найти и в других частях Нового Света. До XVII века на востоке Северной Америки происходило быстрое расширение территорий пяти ирокезских племен. Они успешно уничтожали своих соседей – охотников и собирателей алгонкинов, пока не появились французские торговцы, которые дали алгонкинам мушкеты. Алгонкины изгнали ирокезов и… стали нападать на более слабые племена. Примерно тогда же, когда Христофор Колумб открыл Антильские острова, из Аляски на юг нынешних США переселились охотники на-дене, предки навахо и апачей. С их приходом произошло вымирание бродячих охотников прерий и упадок южных индейцев-пуэбло. Мексика – один из главных центров земледелия доколумбовой Америки – завоевывалась много раз. Испанские конкистадоры столкнулись там с империей ацтеков, которые завоевали Мексику в XIV веке.

Французы выступают на стороне алгонкинов против ирокезов. Рисунок 1613 г. Из фонда wikimedia

Французы выступают на стороне алгонкинов против ирокезов. Рисунок 1613 г. Из фонда wikimedia

Оценивать действия людей далекого прошлого с точки зрения сегодняшнего дня – вещь не благодарная. Известный французский историк XX столетия Марк Блок призывал понимать, а не судить. Однако даже сторонникам его точки зрения трудно отказаться от мании судить. Поэтому не станем упрекать апологетов теории геноцида в стремлении вносить современные оценки в рассуждения о деятельности людей, живших в XVI или в XIX веках. Меня смущает то, что эти оценки относятся лишь к деятельности европейцев. А почему не индейцев? Для честной оценки взаимоотношений между коренными народами Америки и колонизаторами следует отказаться от популярных мифов о благородных дикарях, беззащитности индейцев и превосходстве колонистов, непонимании индейцами института частной собственности, полном равноправии, простоте обычаев и экологическом мышлении аборигенов.
Индейцы ничуть не уступали в интеллекте своим европейским собратьям и вовсе не отличались детской наивностью. Столкнувшись с огнестрельным оружием, они быстро освоили его и разработали тактику борьбы с вооруженным им противником. Не случайно то, что английским и французским колонистам в войнах с одними индейцами до XIX века приходилось опираться на союз с другими индейцами. Как ни странно, но большинство индейцев гибли во взаимных схватках, а не от рук европейских солдат или переселенцев. Вина европейцев заключалась в том, что они стимулировали войны, введя оплату за скальпы взрослых воинов. Но они не ставили перед собой задачу полного уничтожения коренных обитателей. Большинство народов, живших до прихода европейцев, существуют и в наши дни.
Сопротивлению индейцев колониальным захватчикам препятствовали не их слабость, благородство или наивность, а их малочисленность. Плотность населения Америки до конца XV века и без того была значительно ниже, чем в Европе, а после прихода европейцев сократилась даже там, где европейцы не появлялись. За пределами древних земледельческих культур первым колонистам открывались обширные незаселенные пространства. Если не геноцид, то что убивало коренные народы Нового Света?

Чума Нового Света
В XIV веке в Европу пришла «черная смерть», болезнь которую обычно ассоциируют с бубонной чумой. Ее результатом стало сокращение населения на треть, а в некоторых странах – вдвое и больше. Современные исследователи характеризуют «черную смерть» как катастрофу. Коренным народам Нового Света после прибытия европейцев пришлось пережить нечто похуже чумы – десятки волн эпидемий, каждая из которых собрала богатую жатву.
Дэвид Кларк, автор популярной книги «Микробы, гены и цивилизация», утверждает, что в доколумбовой Америке не было вирусных заболеваний, передающихся непосредственно от человека к человеку. В 2002 году в США вышло сразу несколько работ, посвященным исследованию костных останков 12 500 скелетов из 65 разных мест из Северной и Южной Америки. Они показали сложную картину распространения заболеваний в Новом Свете. Все исследователи сходились во мнении, что здоровье коренных американцев с момента переселения через Берингию постепенно ухудшалось. В Центральной Америке, древнем регионе земледелия и городов, продолжительность жизни была ниже, чем в средневековой Европе. Но на Среднем Западе Северной Америки, в Южной Калифорнии и на восточном побережье Бразилии рыболовы и собиратели питались более разнообразно, жили долго, более того были самыми здоровыми в мире. Индейцы страдали из-за бактериальных заболеваний, вызванных укусами насекомых, потреблением грязной воды и голодом. На древних костях был выявлены следы туберкулеза, сифилиса и сложных форм остеоартрита. В Северной Америке инфекционным заболеваниям сопутствовала железодефицитная анемия. Тем не менее, потомки трех первых миграций в отличие от жителей Старого Света практически не занимались животноводством, а потому не страдали из-за болезней, полученных от общения с домашними животными.
Различные регионы Азии и Европы были тысячелетиями связанны торговыми путями вдоль крупных рек, степей и горных перевалов. Благодаря этому в Старом Свете происходил постоянный обмен товарами, идеями, технологиями и болезнями. Например, «черная смерть», поразившая Европу в XIV веке, изначально возникла на севере Китая. Оспа, которой люди заразились от верблюдов, была издавна известна в Аравии, но покинула ее пределы до арабских завоеваний. Болея, люди Старого Света умирали, но те, кто выживал, приобретал иммунитет и опыт борьбы с опасными недомоганиями. Контакты между различными частями Нового Света, наоборот, были очень ограниченными. Об этом говорит то, что жители региона Анд, Мексики и долины Ориноко были вынуждены изобретать земледелие самостоятельно. Из Мексики земледелие проникло в Северную Америку, но распространялось такими сложными путями, что о постоянном обмене товаров и болезней не могло быть и речи.

Мексиканские индейцы, больные оспой

Мексиканские индейцы, больные оспой

Открыв Америку, Христофор Колумб нанес по ее жителям двойной удар. Во-первых, европейцы ввезли болезни Старого Света. Одной из первых был птичий или свиной грипп, попавший на Антильские острова вместе с его второй экспедицией. Он стал хуже чумы, так как смертность достигала 90 процентов от заболевших. От гриппа погибали туземцы Гаити, Кубы, Ямайки. Вместе с птицами или лодками аборигенов грипп попал на юг Мексики и снял там смертельную жатву до того, как эти земли были открыты испанцами. Не удивительно, что побережье Юкатана показалось Колумбу диким и пустынным. В 1509 году на острове Гаити вспыхнула эпидемия оспы, в 1518 г. она повторилась. Из Карибского региона оспа попала в Мексику, где оказала существенную помощь Эрнану Кортесу в завоевании, потому что уничтожила несколько миллионов человек. В 1526 году оспа достигла Перу, за 5 лет до появления там конкистадоров во главе Франсиско Писарро.
К списку привезенных европейцами смертельных для коренных американцев заболеваний следует добавить корь, свинку, бубонную чуму, холеру, дифтерию и прочие напасти. Смерть аборигенов и нехватка рабочей силы вынудила европейцев пользоваться трудом африканских рабов. Вместе с ними в Америке появились малярия, сонная болезнь и желтая лихорадка.
Во-вторых, развивая торговые связи, европейцы распространяли собственно американские болезни. Предполагают, что «коколицтли», эпидемия которой в 1576 году положила конец ацтекам, была геморрагической лихорадкой, привезенной из Перу или Боливии. Некоторые американские заболевания проникали и в Европу. Например, Христофор Колумб умер от остеоартрита, вызванного бактериальным заражением, а Чарльз Дарвин – от американского трипаносомоза. Наиболее неприятным инфекционным заболеванием, привезенным из Нового Света, стал сифилис. В XVI — XVIII веках от него умерло несколько миллионов человек. Это много, но, по мнению уже упомянутого Дэвида Кларка, из-за новых болезней коренное Америки население сократилось на 95%. То есть во много раз больше!

Инфекционная война?
Факт смерти большинства индейцев от болезней, а не от европейского оружия или чрезмерной эксплуатации ничуть не смущает сторонников геноцида. Они считают европейцев ответственными за эпидемии. Так, Дэвид Стеннард сравнивает миссии испанских иезуитов в Калифорнии, куда в XVIII веке переселяли индейцев из отдаленных мест, с крематориями в нацистских концлагерях. Странный полет мысли, если учесть то, что нацисты помещали евреев в концлагеря для дальнейшего уничтожения, а миссионеры пытались спасти своих подопечных. К сожалению, знания о природе болезней в то время были недостаточными, поэтому попытки помочь часто оборачивались еще большими бедами. Европейские переселенцы и миссионеры по-разному реагировали на мор среди коренных жителей. Кто-то ужасался происходящему, а кто-то, наоборот, радовался. Но и те, и другие никак не могли повлиять на исход.
Сторонники геноцида приводят, по меньшей мере, два случая намеренного распространения инфекций среди индейцев, намекая на то, что это была часть обычной практики. Оба произошли в Северной Америке. Первый был обнаружен американским историком XIX века Френсисом Паркманом. В 1763 году после окончания Семилетней войны между Францией и Великобританией часть индейцев во главе вождя Понтиака отказались подчиняться британцам и осадили форт Питт (на месте нынешнего Питтсбурга). Когда переговоры между двумя сторонами не привели к результатам, британские защитники по предложению командующего Джеффри Амхерста передали в качестве подарка индейцам одеяла и платок из госпиталя для больных оспой. Этот случай хорошо задокументирован, так что не подлежит сомнениям. В 1763 – 1764 годах эпидемия оспы действительно свирепствовала в тех землях. Она унесла жизнь нескольких сот человек, но началась за несколько месяцев до случая передачи одеял.
Второй случай можно отнести к историческим мифам, созданным относительно недавно защитниками прав индейцев в США. Он связан с реальным фактом вспышки эпидемии черной оспы около форта Кларк в 1837 году. Тогда болезнь унесла жизнь 90 процентов членов племени манданов, всего более 2 000 человек. Создатели мифа, ссылаясь на несуществующую газетную статью того времени, обвинили в произошедшем американских солдат из форта Кларк, которые якобы передали манданам зараженные одеяла. Увы, но газетные статьи того времени говорят о том, что манданы заразились в результате контактов с больными с парохода «Святой Петр». Жители форта Кларк пытались спасти индейцев, делая им прививки, но привитые умерли. Вообще, намеренное уничтожение манданов выглядело бы очень странно, учитывая то, что они являлись союзниками американцев в войнах с индейцами-кочевниками.
Дэвид Кларк считает истории о заражении индейцев оспой через одеяла частью американского фольклора. Оспа распространяется воздушно-капельным путем, но люди XVIII – XIX веков верили, что заражение происходит через грязь. Так что защитники форта Питт могли передавать индейцам одеяла из госпиталя, но не известно смогли ли они таким образом кого-то заразить. После изобретения прививки от оспы с 1801 года власти США проводили вакцинацию как среди белых, так и индейцев. Последние не всегда шли на сотрудничество с врачами, что приводило к летальным исходам.

А как в других частях света?
Массовая смерть коренного населения от болезней позволила европейским переселенцам создать колонии с преобладающим белым или в случае карибских стран черным населением. В тех странах, где процесс колонизации шел медленно или даже после многочисленных эпидемий плотность аборигенов оставалась высокой, в наши дни коренные американцы и их потомки от смешанных браков все еще составляют большинство. Однако, Новый Свет – не единственная часть мира, которая пережила европейскую колонизацию, поэтому интересен опыт сравнения с тем, что происходило в других уголках нашей планеты.
Европейцы приступили к колонизации тропической Африки примерно тогда же, когда и Америки, но этот процесс завершился лишь в первой трети XX века. В 1652 году голландцы основали колонию Капстад на южном побережье черного континента. Несмотря на благоприятные климатические условия, европейское поселение росло медленно. Значительную часть колонистов составляли «цветные» из других частей Африки и даже Индонезии. Колониальной администрации приходилось с трудом улаживать отношения с коренным населением – готтентотами. Но в феврале 1713 года экипаж корабля Йоханнеса ван Стиланда случайно принес эпидемию оспы, которая уничтожила около половины туземцев. Это позволило голландцам начать переселение на освободившиеся земли европейских колонистов – предков современных африканеров.
Однако в других частях Африки все было иначе. Тропическая Африка – родина человечества, поэтому местные микроорганизмы наилучшим образом адоптировались к паразитированию на нашем виде. Коренное население было лучше приспособлено к ним. Кроме того, африканцам были хорошо знакомы скотоводство и болезни, вызванные общением человека с домашними животными. Европейцы гибли в Африке чаще, чем местные жители. Несмотря на значительные потери коренных африканцев в результате войн и работорговли, они сохраняли высокую плотность населения и долгое время эффективно сопротивлялись экспансии более могущественной Европы.
В странах тропической Азии британские, голландские и французские завоевания стали возможными только благодаря использованию местных жителей в качестве солдат. Кто может оспорить тот факт, что Британская Индия росла благодаря индийским солдатам-сипаям? В некоторых городах Индии и на Шри-Ланке сохранились старые британские кладбища XIX века. Стоит по ним пройтись, чтобы увидеть удручающую картину – большинство колонизаторов умирало в раннем возрасте. Болезни не щадили ни мужчин, ни женщин, ни детей. Ни о каком массовом переселении не могло быть и речи! Даже управление завоеванными землями осуществлялось благодаря выходцам из местного населения. Они с успехом перенимали европейские идеи свободы и независимости, так что в результате создавали антиколониальные движения.
На Земле существовали регионы, чье население подобно американцам долгое время оставалось в изоляции. Прежде всего, это Австралия и соседняя Океания. К сожалению, история этих регионов до открытия европейцами, в частности болезни местных жителей, изучена намного хуже, чем Нового Света. Европейская колонизация Австралии началась в 1788 году. В Новом Южном Уэльсе, где высадились первые колонисты, также отмечалось значительное сокращение численности аборигенов в результате оспы, кори и гриппа. Долгосрочные последствия в форме болезней и сокращения рождаемости имели привезенные европейцами венерические заболевания.
Принято считать, что немногочисленные группы примитивных аборигенов Тасмании (до колонизации на этом острове насчитывалось около 2,5 тысяч коренных тасманийцев) вымерли уже к 1876 году. Это не совсем так. Вымерли жители юга Тасмании, которых в 1830-х годах британцы переселяли на остров Флиндерс, дабы защитить от самих себя. Аборигены севера смогли адаптироваться к культуре белых и активно участвовали в китобойном промысле. Сегодня в Тасмании живет несколько тысяч их потомков. Австралийский историк Джеффри Блейни считает, что большинство тасманийцев погибли из-за болезней, хотя признает влияние военных столкновений с колонистами. Выборочные исследования костных останков аборигенов XIX века показывают, что они пострадали от туберкулеза и сифилиса. На Тасмании не было эпидемий оспы, однако для живших доселе в изоляции аборигенов смертельными стали острые респираторные инфекции. Тасманийцы продолжали болеть и умирать даже после переселения на Флиндерс, где им оказывалась врачебная помощь.
Новая Зеландия была больше похожа на Европу по природным и климатическим условиям, чем Австралия, но еще в начале XIX века проекты ее колонизации не принимались из-за многочисленных и воинственных коренных жителей маори. В первой трети XIX века количество маори так сократилось из-за завезенных европейскими торговцами болезней и огнестрельного оружия, что в 1840 году Великобритания решилась на аннексию этой страны. На Гавайских островах, где до 1898 года существовало независимое государство, после контакта с экспедицией Джеймса Кука в 1778 г. также происходило постоянное сокращение коренного населения. С 1852 года гавайские правители были вынуждены ввозить рабочую силу из Азии. Сегодня потомки азиатов составляют большинство жителей Гавайев. В 1868 году эпидемия оспы, завезенная из Перу, убила более половины аборигенов острова Пасхи, в том числе всех священнослужителей, умевших читать письменность «ронго-ронго».

Сибирский геноцид?
Когда речь идет о геноциде коренных народов Америки или Австралии, то многие российские ученые готовы разделить это мнение, но о геноциде коренных народов Сибири говорить не принято. Между тем, можно найти множество параллелей в истории завоевания и колонизации Сибири и Америки. Российские этнографы признают, что колонизация Сибири привела к значительным изменениям в составе коренного населения и сокращению численности или вымиранию многих народов в XVI – начале XX веках. Между российскими казаками и переселенцами с одной стороны и аборигенами с другой периодически возникали конфликты с кровавыми развязками, но важную роль в сокращении коренного населения сыграли эпидемии, принесенные извне. Российский историк Петр Головачев в 1905 году сетовал на то, что тиф распространяется вдоль дорог и трактов, венерические заболевания – вблизи приисков и мест скопления военных. «Оспа, корь и даже инфлюэнца с воспалением легких стали поражать теперь и отдаленных северо-восточных инородцев, — писал он. — …Переселенцы распространили в Сибири трахому».
Для сравнения ситуации с Новым Светом наибольший интерес представляет такой сибирский регион, как Камчатка. В древности Камчатский полуостров был связан с Берингией, вдоль которой происходило переселение азиатских племен в Северную Америку. До XVII века основу ее населения составляли палеоазиатские народы – предки современных ительменов и коряков. Кроме того, на юге жили айны. Они переселились на мыс Лопатка с соседних Курильских островов не раньше средневековья. Если не считать этого переселения, то на протяжении многих тысячелетий Камчатка сохраняла демографическую изоляцию. Коренные жители занимались охотой и собирательством. «До покорения российскому владению дикой оной народ жил в совершенной вольности; не имел никаких над собою начальников, не подвержен был никаким законам, и дани никому не плачивал», — писал о предках ительменов Степан Крашенинников, российский ботаник XVIII века.
В 1697 году казацкий старшина Владимир Атласов совершил первую военную экспедицию на Камчатку и провозгласил этот край российской территорией. Согласно его отчету, в то время только предков ительменов насчитывалось около 25 тысяч человек. По своему характеру действия казаков мало отличались от свершений испанских конкистадоров. Из-за отдаленности региона официальные власти плохо контролировали ситуацию, но попытки коренных жителей организовать сопротивление вызвали у них вполне предсказуемую реакцию – карать «инородцев» смертью. К концу XVIII века численность всех аборигенов сократилась уже до 3 тысяч человек. В середине XX века в России насчитывалось около 1 тысячи ительменов, и лишь после 1959 года их численность стала постепенно расти. Сегодня она чуть превышает цифру в 3 тысячи.
Таким образом, в случае Камчатки мы имеем дело с катастрофой, сопоставимой с наиболее неблагополучными для сохранения коренных жителей регионами Нового Света. Несомненно, этому способствовали военные столкновения и политика российских властей, но следовало бы обратить внимание на роль эпидемий. Увы, но смертность среди местного населения в первые десятилетия после колонизации практически не изучена. Эпидемия черной оспы упоминается на полуострове лишь в 1768 году. По некоторым данным, она сократила численность обитателей Камчатки (включая русских переселенцев) более чем в два раза. После эпидемии 1800 года исчезли упоминания о камчатских айнах. Так был на Камчатке геноцид, или все-таки виноваты болезни? Пристальное исследование данного вопроса так и не началось. Остается ждать работы с изложением теории геноцида камчатских и вообще сибирских народов. Может быть, тогда ученые и общественность зашевелятся.

Автор текста: Дмитрий Самохвалов

Читать дальше:

Правдивая история картофеля
Настоящая история распространения картофеля гораздо интереснее любых легенд. Первые посадки картофеля за пределами западного полушария стали делать на Канарских островах. Первыми экономические достоинства картофеля оценили голландцы и фламандцы. В Беларуси и Литве картофель начали выращивать в середине XVIII века, но до первой половины XX века он не играл особой роли в питании… Читать всю историю картофеля

Добавить комментарий

Your email address will not be published.